Автор Тема: 192-я стрелковая дивизия(1 форм)  (Прочитано 153051 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

юрий40

  • Подполковник
  • **
  • Сообщений: 1056
  192-я стрелковая дивизия(1 форм)

   192 СД 1Ф сформирована на базе 102 стрелковой бригады. В период формирования 192 сд(1 форм) была расквартирована в Иловле и в близлежащих хуторах. Между местным населением и прибывшими военными сразу установились тёплые отношения, взаимопомощь и поддержка. Те в свою очередь оказали помощь в преодолении последствий очень большого, небывалого паводкового разлива, который был весной 1942 года, в проведении полевых работ.
   В дивизии много было курсантов военных училищ, она, можно сказать, была наполовину офицерской.
192-я стрелковая дивизия одной из первых встретила фашистов, прорвавшихся в Сталинградскую область. Бой она приняла у хутора Пронин, там вступила в Сталинградскую битву.
   С 24 по 31 июля дивизия вела бои в окружении вышла из него с большими потерями. В конце августа – вновь окружение. За сорок дней выбыла значительная часть личного состава, материального оснащения. Но передовую покидали только тяжелораненые и убитые. В междуречье (на левую сторону Дона дивизия не отступила), переправы через реку удержала. Фашистам удалось расчленить дивизию, её штаб почти полностью погиб. Лишённые общего управления и связи, разрозненные подразделения дивизии отходили к Сиротинской и Трехостровской, ведя упорные бои.
   192 сд(1 форм) наряду с 184 СД(3 форм) вначале входила в состав 62А и билась на подступах к Сталинграду на линии обороны в большой излучине Дона. И также как и 184 сд 3 форм. после выхода из окружения была введена в 4ТА.
   В августовских боях 42-го в районе реки ГОЛУБАЯ понесла тяжелейшие потери и была расформирована.

состав:
427, 676 и 753 стрелковый полк,
298 артиллерийский полк,
417 отдельный истребительно-противотанковый дивизион,
471 зенитная автотранспортная рота,
809 минометный дивизион,
246 разведовательная рота,
200 саперный батальон,
179 отдельный батальон связи,
153 медико-санитарный батальон,
174 отдельная рота химзащиты,
45 автотранспортная рота,
368 полевая хлебопекарня,
1000 дивизионный ветеринарный лазарет,
1747 полевая почтовая станция,
1705 полевая касса Госбанка.

в составе Действующей Армии
12.7.42-25.8.42

Командиры
полковник Захарченко А.С.(.. .05.1942 - 24.07.1942)
полковник Журавлёв К.А.(31.07.1942-16.08.1942)
полковник Серебрянников (16.08.1942 - 25.08.1942)

http://r34perevoloka.narod.ru/ist_arheolog/vov/knigi/ilovly_st_b/255_24_192sd.htm
http://tashv.nm.ru/index.html
« Последнее редактирование: 06 12 2011, 13:12:16 от ДСГ »
Горит и кружится планета, Над нашей Родиною дым, И значит, нам нужна одна победа, Одна на всех - мы за ценой не постоим!

юрий40

  • Подполковник
  • **
  • Сообщений: 1056
192 «Дивизия сформирована в сентябре 1939 года в Харьковском военном округе. В ноябре 1939 года переформирована в горнострелковую. С января 1940 года в КОВО. В июне 1941 года в КОВО.
    17 июля 1942 года передовой отряд 192-й стрелковой дивизии (62-я армия) в составе 676-го стрелкового полка и приданных ему частей у хутора Пронин вступил в бой с противником. Сдерживая его натиск, полк с тяжелыми боями в полуокружении отходил к полосе основной обороны дивизии.
    19 июля передовые отряды 33-й гвардейской, 192, 181, 147 и 196-й стрелковых дивизий продолжали боевые действия на рубеже Пронин, Боковская, Чернышевская, Морозовская. 20 июля в районе Пронина 676-й полк вел бой с пехотой и конницей противника. Потери: 3 танка и 2 автомашины; трофеи: 2 автомашины, 7 лошадей и документы. 25 июля 13-му танковому корпусу полковника Т. И. Танасчишина удалось прорваться к 192-й и 194-й ( ОПЕЧАТКА – 184 верно ЮРИЙ40) стрелковым дивизиям, окруженным в районе Манойлин.
Дивизией командовали:
...
Захарченко Афанасий Степанович (12.07.1942 - 03.08.1942), полковник
   Литература:
Громова В. Д. Краткий боевой путь 192-й стрелковой дивизии: Рукопись.»

http://samsv.narod.ru/Div/Sd/sd192/main1.html
Горит и кружится планета, Над нашей Родиною дым, И значит, нам нужна одна победа, Одна на всех - мы за ценой не постоим!

Внук богов войны

  • Модератор раздела
  • Майор
  • *
  • Сообщений: 772
Уважаемый юрий40!

192-я сд 1-го формирования (вернее гсд - горнострелковая дивизия) ) была окружена и разбита под Уманью в августе 1941 г. (Уманьский котел).

С уважением, Дмитрий
"В Россию нельзя ходить с мечом, об этом мы предупредим своих внуков и правнуков..."  - генерал-полковник Карл фон Штреккер, командующий 11-ым армейским корпусом. Сталинград 2 февраля 1943 г.          "Внучку" или не предупредили или до неё "тупо не дошло"...

юрий40

  • Подполковник
  • **
  • Сообщений: 1056
Здравствуйте уважаемый Дмитрий,

К сожалению , да, 192 горнострелковая дивизия погибла(1941 год).

В данной же теме рассматривается ее следующее "поколение" - 192 стрелковая дивизия 1 формирования(1942год).
После ее гибели в окружении и видимо  расформирования была сформирована очередная дивизия с номером 192, а именно 192 стрелковая дивизия 2 формирования(1943 год).

Так что 192ГСД и 192СД (1ФОРМ.) совсем разные дивизии.

Для большей убедительности привожу сводку из известного сайта БОЕВОЙ СОСТАВ КРАСНОЙ АРМИИ (http://bdsa.ru/divizia/divizii-strelkovqie/s-100-sd-po-199-sd/192-strelkovaya-diviziya-2-formirovaniya.html):
    192 ГОРНО СТРЕЛКОВАЯ ДИВИЗИЯ
    192 СТРЕЛКОВАЯ ДИВИЗИЯ 1 ФОРМИРОВАНИЯ
    192 СТРЕЛКОВАЯ ДИВИЗИЯ 2 ФОРМИРОВАНИЯ

И для более полного раскрытия боевого пути каждой из трех указанных здесь дивизий с номером 192
дополнительно открываю здесь на Форуме еще две темы:
1) 192 горно стрелковая дивизия;
2) 192 стрелковая дивизия 2 формирования.

С уважением,
Юрий.


« Последнее редактирование: 02 12 2011, 14:03:49 от юрий40 »
Горит и кружится планета, Над нашей Родиною дым, И значит, нам нужна одна победа, Одна на всех - мы за ценой не постоим!

ДСГ

  • МОДЕРАТОР ФОРУМА
  • Генерал Армии
  • ****
  • Сообщений: 8005
  • Отец на фронте
Re: 192-я стрелковая дивизия(1 форм)
« Ответ #4 : 06 12 2011, 12:38:33 »
   Если вы помните

Газета «Колос» за 2 февраля 1982 года

   В период формирования 192 сд(1 форм) была расквартирована в Иловле и в близлежащих хуторах.
Между местным населением и прибывшими военными сразу установились тёплые отношения, взаимопомощь и поддержка. Тревога за судьбу своих сыновей, братьев и отцов, находящихся уже на фронтах, у иловлинцев, вызывали искренние, бескорыстные чувства поддержки прибывшим военным. Те в свою очередь оказали помощь в преодолении последствий очень большого, небывалого паводкового разлива, который был весной 1942 года, в проведении полевых работ.
   В дивизии много было курсантов военных училищ, она, можно сказать, была наполовину офицерской.
Последующие обстоятельства, когда Иловля стала прифронтовым населённым пунктом, трагические события, связанные с эвакуацией, бомбёжками, как–то отодвинули на второй план воспоминания иловлинцев о 192 дивизии. И долгое время вообще были лишь скудные сведения о том, что дивизия была на острие атаки прорывающихся к Сталинграду сил Вермахта, и на дальних подступах к Дону была раздавлена танками.    
   Но прошли годы и благодаря той работе, которую проводила школа, стали известны некоторые подробности тяжёлого боевого пути этой, можно сказать Иловлинской дивизии. Также дополнительная, бесценная информация появилась в книге «Перелом».

   Старожилы – иловлинцы не могут не помнить суровых и трагических дней 1942 года. Вероятно, всё же сохранились воспоминания у кого-то, о советских воинах стоявших в станице перед отправкой на фронт. Прифронтовые дни в станице Иловлинской помнят и те, кто выжил в жестокой битве. Они пишут в совет музея Иловлинской средней школы, с горькой радостью вспоминая наших надоедливых комаров и старый клуб в центре станицы, тепло и сердечность жителей принимавших бойцов. Это была их юность, боевая страстная молодость, беззаветно отданная защите Родины.
   Через станицу Иловлинскую, хутора Желтухин, Песчанку прошли и боевые полки 192-й стрелковой дивизии. Восстановлению истории этой дивизии десять лет своей жизни посвятила ветеран Великой отечественной войны, бывшая медсестра Валентина Дмитриевна Громова. Сейчас она возглавляет совет ветеранов 192-й стрелковой дивизии, ведёт большую переписку с ветеранами, с красными следопытами. По просьбе совета музея нашей школы Громова В.Д. прислала обширный рассказ о боевом пути дивизии, поделилась своими личными воспоминаниями.
   Штаб 192 дивизии, 153 медсанбат располагались в самой станице, приданный артполк в хуторе Желтухин, учебный батальон в хуторе Песчанка. Прибыла дивизия в конце мая и находилась здесь более полутора месяцев. Пока были дни передышки, солдаты жили, почти мирной жизнью. Они помогали местным жителям. Устраивали для них в клубе концерты. 10 июля 1942 года в клубе был митинг, а после состоялся концерт, на котором выступали солдаты, медики. Валентина Дмитриевна взволнованно читала «Зою» Маргариты Алигер. Но концерту не суждено было закончиться: объявлена воздушная тревога, началась бомбёжка. Дивизию подняли по боевой тревоге и, четверо суток она, под непрерывной бомбёжкой переправлялась через Дон.
   192-я стрелковая дивизия одной из первых встретила фашистов, прорвавшихся в Сталинградскую область. Бой она приняла у хутора Пронин, там вступила в Сталинградскую битву.
С 24 по 31 июля дивизия вела бои в окружении вышла из него с большими потерями. В конце августа – вновь окружение. За сорок дней выбыла значительная часть личного состава, материального оснащения. Но передовую покидали только тяжелораненые и убитые. В междуречье (на левую сторону Дона дивизия не отступила), переправы через реку удержала.
   За время битвы сменилось три командира дивизии. Формировал дивизию, за счет прибывающего из запаса пополнения, участник Первой мировой и Гражанской войны, кадровый военный Афанасий Степанович Захарченко, встретивший фашистов ещё на границе командиром прославленной 25-й Чапаевской дивизии.
   Командир дивизии Захарченко А.С. погиб 24 июля 1942 года. Тогда 192-ю дивизию принял полковник Журавлёв, но вскоре он был тяжело ранен. Третий командир дивизии – полковник Серебрянников погиб в августовских боях.
   Фашистам удалось расчленить дивизию, её штаб почти полностью погиб. Лишённые общего управления и связи, разрозненные подразделения дивизии отходили к Сиротинской и Трехостровской, ведя упорные бои.
http://r34perevoloka.narod.ru/ist_arheolog/vov/knigi/ilovly_st_b/255_24_192sd.htm
« Последнее редактирование: 06 12 2011, 12:46:52 от ДСГ »
Вы поведайте им об отце или сыне
Это нужно живым, это нужно России!

ДСГ

  • МОДЕРАТОР ФОРУМА
  • Генерал Армии
  • ****
  • Сообщений: 8005
  • Отец на фронте
Re: 192-я стрелковая дивизия(1 форм)
« Ответ #5 : 06 12 2011, 12:53:40 »
В составе войск 62-й Армии находилась 192-я стрелковая дивизия. Костяком ее были черноморские моряки - 102-я курсантско-морская бригада, которая весной 1942 г. была выведена из боев на таганрогском направлении.
   На формировании в Сталинградской области в состав дивизии вошли курсанты военно-пехотных училищ:
Нальчикского, Урюпинского. 3-го Орджоникидзевского, 3-го Грозненского, Житомирского.
   192-я сд имела три стрелковых полка (676, 427-й и 753-й), артполк (298-й), отдельный истребительно-противотанковый дивизион (417-й), саперный батальон, медсанбат, разведроту, отдельный батальон связи.
   Командир дивизии полковник А. С. Захарченко - участник первой мировой и гражданской войн, человек с большим военным опытом и знаниями - фашистскую агрессию встретил, командуя 25-й чапаевской дивизией. Вместе с пограничниками и моряками Дунайской флотилии дивизия почти месяц удерживала советскую границу в стокилометровой полосе вдоль Дуная.
   10 июля 192-я сд была поднята по боевой тревоге, и совершив 100-кплометровый марш в пешем строю, вышла к ст-це Сиротпнской. Здесь переправилась на правый берег Дона и заняла полосу обороны от станицы Клетской до Калмыкова протяженностью 42 км. Штаб дивизии разместился в хуторе Верхне-Бузиновка.
   62-я армия - главными силами занять оборону на западном берегу Дона, в его большой излучине, на рубеже Клетская, Суровикино (протяженность до 90 км), а передовыми отрядами выйти на рубеж рек Цуцкан и Чир, к Чернышковскому и Тормосину. В составе армии было шесть стрелковых дивизий, четыре полка курсантов военных училищ, шесть отдельных танковых батальонов. Командарм генерал-майор В. Я. Колпакчи решил в наибольшей мере укрепить участок на левом фланге своих войск, расположенный на кратчайшем пути к Сталинграду с запада. На правом фланге участок обороны заняли лишь два стрелковых полка 192-й стрелковой дивизии.
   Оборонительные бои советских войск в излучине Дона развертывались с нарастающей силой. Передовой отряд 192-й стрелковой дивизии - 676-й стрелковый полк, 1-й дивизион 293-го артполка, 644-й танковый батальон - 17 июля у хутора Пронин вошел в соприкосновение с врагом. "Сдерживая противника, полк с тяжелыми боями в полуокружении отходил к полосе основной обороны дивизии".
   21 июля выяснилось, что наиболее сильная группировка противника наступает на правый фланг 62-й армии. Тогда командование 62-й армии выдвинуло в полосу обороны 192-й стрелковой дивизии из второго эшелона армии 262-й стрелковый полк 184-й стрелковой дивизии, 40-ю танковую бригаду из резерва армии и 649-й отдельный танковый батальон из состава 196-й стрелковой дивизии. Шесть-семь суток потребовалось противнику, чтобы сломить сопротивление передовых отрядов и выйти, преодолев расстояние в 70 км, к главной полосе обороны на дальних подступах к Сталинграду. На рассвете 23 июля северная группировка врага перешла в наступление превосходящими силами в направлении Верхне-Бузиновка, Манойлин, Каменский, атакуя правофланговые дивизии 62-й армии - 33-ю гвардейскую, 192-ю и 184-ю стрелковые дивизии. На этих участках гитлеровцы обладали многократным превосходством в количестве людей, орудий, минометов и танков. Активно действовала вражеская авиация, которая наносила массированные удары по боевым порядкам советских войск.
   23 июля противник прорвал оборону 192-й стрелковой дивизии на участке Клетская, Евстратовский и вышел к населенному пункту Платонов. В полосе обороны 33-й гвардейской стрелковой дивизии враг продвинулся на 15 км и овладел районом совхоза "1 Мая".
   В ночь на 24 июля противник подтягивал силы, готовясь развить успех. С утра сильные удары обрушились на Верхне-Бузиновку, где находились штабы 192-й и 184-й стрелковых дивизий. Немецкие тапки с десантом автоматчиков ворвались туда, ведя с ходу огонь и отрезая пути отхода. Началась спешная эвакуация раненых и средств связи. "Штабисты отбивались от фашистов автоматным и пулеметным огнем. Появились самолеты противника... Один из самолетов был сбит из крупнокалиберного пулемета". Последним уходил полковник Афанасий Степанович Захарченко. "Машина комдива выехала за село, проскочила мостик и была в упор расстреляна снарядами из танков... Так погиб комдив 192 сд полковник Захарченко А. С. и шофер... Двое в машине чудом остались живы. Выскочили из развалившейся и уже горевшей машины адъютант Рогачев и старший политрук Смирнов". Штаб дивизии отошел к станице Сиротинской.
      В это же утро враг вышел к хутору Оськинский, где у высоты "Маяк" размещался медсанбат. "В операционной шли перевязки... Под огнем противника эвакуировали раненых. Врачи-мужчины с курсантами "учбата" залегли с оружием в руках, не подпуская фашистов. В этом бою погибли наши юные санитарки, старший политрук, ранены были многие: врачи, нач. штаба санбата. В/врач Влайкова М. Д. была ранена тремя пулями. Чудом она осталась жива. Но не все машины пробились через немецкую преграду. Фашисты - танкисты и автоматчики - жгли и убивали раненых и медработников... Этот бой я очень хорошо помню, так как была тогда в медсанбате медсестрой в операционно-перевязочной".
   192-я сд с 40-й тбр и 184-я сд с рассвета 24.7 вели тяжелые бои с атакующими танками и мотопехотой противника.
В итоге двухдневных боев враг окружил в районе Евстратовский, Майоровский, Калмыков 192-ю, 184-ю стрелковые дивизии, 40-ю танковую бригаду и захватил Верхне-Бузиновку, Осиновку, Сухановский. Части немецких 3-й и 60-й моторизованных дивизий прорвались в районы Скворина и Голубинского, выйдя к р. Дону и обойдя правофланговые соединения 62-й армии., В то же время 16-я танковая и 113-я пехотная дивизии прорвались к р. Лиска в районе Качалинской. К рассвету 25 июля вражеские войска почти достигли переправы у Калача.
   Войска 28-го танкового корпуса (командир - полковник Г. С. Родин, комиссар-А. Ф. Андреев), действуя на правом фланге 62-й армии, в упорных боях отбросили противника на 6-8 км от Калача, 13-й танковый корпус, наступая в северном направлении, вышел на подступы к Манойлину и прорвался к окруженным 192-й и 184-й стрелковым дивизиям{89}. 196-я стрелковая дивизия 62-й армии, взаимодействуя с войсками 1-й танковой армии, также продвинулась вперед.
      4-я танковая армия генерала В. Д. Крюченкина, запаздывая с наступлением, переправляла через Дон части 22-го и 23-го танковых корпусов и вступала в сражение.
      Фашистские войска были втянуты в затяжные и кровопролитные бои в 150 км от Сталинграда, на западном берегу Дона. Первым из контрударов, нанесенным по врагу из района Калача в северо-западном направлении, было остановлено дальнейшее наступление гитлеровцев на юг вдоль правого берега Дона. Второй контрудар, нанесенный в западном направлении, разорвал фронт окружения вокруг двух дивизий и других частей 62-й армии, оборонявшихся в районе Верхне-Бузиновка. Летчик А. М. Решетов доставил туда приказ на выход из окружения. К 31 июля полковник К. А. Журавлев вывел в расположение 4-й танковой армии около пяти тысяч человек. И тут же он был назначен командиром 192-стрелковой дивизии. Но ее силы были уже значительно ослаблены. Дальнейшее продвижение противника на восток временно было приостановлено.
   Войска 62-й и 4-й танковой армии не имели локтевой связи, 192-я дивизия занимала оборону: хутора Венцы, Оськинский, Верхне-Голубая. Справа держала оборону 205-я стрелковая дивизия, дальневосточная. Дальше до самого Дона сражалась 18-я стрелковая дивизия.
      15 августа рано утром противник перешел в наступление. Противник нанес сильные удары по центру 4-й танковой армии на Сиротипскую и Трехостровскую. Позиции 192-й сд проходили от них в 25 и 15 км. Гитлеровцы протаранили оборону соединений генерала Крюченкина и танковыми клиньями вышли к Дону. Части 192-й и 205-й сд не отходили на левый берег, а стояли насмерть. Вместе с подразделениями и частями до последнего дыхания сражались командиры, политработники. Окруженные гитлеровцами вступили в бой работники штаба 192-й сд. Начштаба подполковник Н. А. Таланцев был тяжело ранен. Его пытались эвакуировать, но во время бомбежки он погиб. Убит был начальник связи дивизии майор В. Овивьян.
      16 августа ожесточенные бои продолжались. Штаб дивизии оставался на месте в Верхне-Голубой, окруженный гитлеровцами. Комдив полковник К. А. Журавлев был тяжело ранен; его вынесли из окружения и спасли. Командование дивизией принял начальник политотдела Серебрянников, но он вскоре погиб.
      17 августа немцы окружили командный пункт 753-го стрелкового полка. Работники штаба вступили в бой. Гитлеровцы забросали КП гранатами и перебили охрану. В этом бою погибли командир полка майор А. И. Волков и начальник штаба капитан А. И. Запорожцев.
      Артиллеристы 417-го ИПТАП под командованием старшего лейтенанта Д. А. Шекуна и комиссара Зайцева вели огонь по танкам врага прямой наводкой и под бомбежкой меняли позиции. В рукопашных схватках отбрасывали гитлеровцев, когда те пытались захватить пушки. А когда кончались снаряды, уничтожали технику, чтобы не досталась врагу. Комиссар Зайцев героически погиб.
      Остатки 676-го и 427-го полков отошли к Сиротинской, где накануне оборону заняла 40-я гвардейская стрелковая дивизия 1-й гвардейской армии.
      Последующие несколько дней, будучи в полном окружении на донском правобережье, остатки 192, 205-й и 184-й стрелковых дивизий более 30 км пробивались по тылам противника к Дону. Выходили из окружения с оружием и документами, а при невозможности - уничтожали технику. "Только тяжелая участь постигла там раненых... Многих спасали мирные жители".
      "На левый берег Дона 192-я сд не вышла как дивизия. Выходили большими и малыми группами в направлении Голубинский, Качалинская, Сиротинская. Большая часть вышла к Сиротинской и вошла в состав 1-й гвардейской армии"{136}. Многие воины, вырвавшиеся из окружения, включались в 200-й запасной полк, а оттуда маршевыми ротами направлялись в район Тракторного завода Сталинграда для борьбы непосредственно на территории города.
http://www.modernlib.ru/books/samsonov_a/stalingradskaya_bitva/read_6/
« Последнее редактирование: 06 12 2011, 13:11:15 от ДСГ »
Вы поведайте им об отце или сыне
Это нужно живым, это нужно России!

Внук богов войны

  • Модератор раздела
  • Майор
  • *
  • Сообщений: 772
Re: 192-я стрелковая дивизия(1 форм)
« Ответ #6 : 22 12 2011, 15:51:09 »
Воспоминания ветерана 192-ой сд (1 ф.) о боях в излучене Дона июнь-август 1042 г.:

Академия исторических наук
ОТ СОЛДАТА ДО ГЕНЕРАЛА
Воспоминания о войне
Том 9
Москва
Академия исторических наук
2008
Цуприков Александр Ефимович
(1923-2013)
Под Сталинградом

Фото http://vesti.kubstu.ru/2011/04/15

      Я родился в 1923 году в деревне Богачево, Ирбейского района, Краснодарского края, в семье крестьянина–середняка. Моего дедушку раскулачили и сослали на восемь лет. Отцу же удалось сбежать из-под стражи. До войны учился я в школе № 21 города Краснодара. В 1941 году закончил девятый класс. В летний период поехал работать в детский пионерский лагерь физруком–затейником в поселке Мыс - Хако, там и узнал о войне.
     В октябре 1941 года меня, как и многих моих земляков, направили в военно-пехотное училище в город Ворошиловск (нынешний Ставрополь), где мы прошли теоретический курс. Затем, в марте 1942 года поехали под Орджоникидзе, в Беслан, на полигон воздушно – десантных войск, где в течение полутора месяцев мы изучали парашютно-десантные премудрости. Во время учебы осваивали парашютное снаряжение и различные формы физической подготовки: рукопашный бой – борьба в окопах, борьба с оружием и без него, преодоление преград в форсированном режиме в полном снаряжении, преодоление бурной и холодной реки Терек. В перерывах между подготовками изучали немецкий язык, так как нас предполагалось использовать в тылу врага.
     В мае, физически и теоретически подготовленные, мы были направлены под Таганрог, во второй эшелон обороны. Через месяц, в начале июня 1942 года были направлены под Сталинград в район железнодорожного узла Иловая, где формировалась 192-я стрелковая дивизия 62-ой армии. Нас объединили с моряками – черноморцами. Они уже принимали участие в боях за Одессу и Севастополь в составе морской бригады. Наша 192-я дивизия была сформирована из опытных моряков – десантников и курсантов военно-пехотных училищ – «Золотого фонда командиров Красной Армии». Все бойцы были как на подбор. В течение 2-3 недель моряки и курсанты привыкали друг к другу, в результате создалось единое боевое подразделение.
      Дивизия успела провести полевые учения по сколачиванию подразделений в полках. Я был назначен командиром взвода (мне было 19 лет), а комиссаром определили Ивженко Мишу - моряка, прекрасного и боевого товарища. Он был старше меня, но жили мы с ним душа в душу.
Поднятая по тревоге в первой декаде июля дивизия в пешем строю успешно совершила 80-90- километровый марш-бросок, преодолела Сиротинскую переправу в районе поселков Бузиловка – Голубинка, и на закрепленных участках создала оборонительные сооружения – отрыла окопы «полного профиля», траншеи и переходы между ними, подготовили огневые точки. Потом мы произвели разведку местности и создали службу боевого охранения.
      Дивизия была готова для встречи фашистов. Откуда–то издалека доносились звуки боя, это передовые отряды нашей дивизии встретили разведывательные подразделения врага. Затем прошел ожесточенный бой с превосходящими силами противника, но враг все же отступил. Наши передовые части также понесли потери, и отошли мимо наших окопов на заданные позиции для частичного переформирования.
Примерно 10-11 июля, утром, немецкие танки с посаженным на них десантом солдат и мотопехота двинулись на наши окопы. Мы их встретили ружейно-пулеметным и минометным огнем, уничтожая фашистов на танках. Когда танки вплотную приблизились к нашим окопам, мы по траншеям перешли во второй ряд оборудованных окопов. Немецкие танки начали «утюжить» наши передние окопы, один танк провалился одной гусеницей в окоп, и его подожгли бутылкой с зажигательной смесью. Маневрируя между окопами и траншеями, мы подожгли еще один танк во втором ряду. Рельеф поверхности состоял из оврагов и бугров, что не позволяло танкам маневрировать, зато здорово помогало нам, как обороняться, так и выходить на боевые позиции. Оставшиеся танки решили, видимо, обойти наши позиции. Мы вели шквальный огонь, оттеснили пехоту от танков.
       По окопам поступила команда: «Подготовиться к атаке!» При команде: «Атака!» - тело вздрогнуло. Сейчас решится все - не дрогнут ли ряды наших товарищей по оружию? Когда ротный прокричал: «За Родину! за Сталина! Ура!» - рота поднялась в атаку. Фашисты не выдержали нашего натиска и повернули обратно, бросая военное снаряжение. Я пробежал 15-20 метров, когда меня окликнул комиссар роты. Оказалось, в первые минуты атаки ротного тяжело ранило, он назначил меня вместо себя, его последним напутствием было: «Сохрани дружбу между бойцами и береги их». Мы его разместили в проходящем мимо нас медсанбате.
Бой длился 2-3 часа, после него бойцы ликовали, наше первое боевое крещение было успешным. Трупов немецких на поле было множество. Потери роты – тяжело раненный командир, 2 бойца с легкими ранениями, они отказались от услуг медсанбата.
       Поступила новая команда: «Отходить не будем!» Мы частично изменили конфигурацию окопов и сообщений между ними с учетом сгоревших танков, дополнительно создали третий ряд земляных укреплений, построили несколько блиндажей и укрытий для отдыха бойцов в дневное время, и от жары.
Ближе к вечеру наши позиции подверглись налету немецких штурмовиков. После бомбежки восстановили разрушенные оборонительные сооружения. На следующее утро над позициями пролетела «рама», и примерно через 2 часа дивизия снова подверглась ожесточенному удару фашистских бомбардировщиков. Гул моторов, взрывы бомб, небо, черное от земли и пыли – можно было сойти с ума или тронуться рассудком.
       Наше противотанковое оснащение было значительно слабее, поэтому выдержать атаку массы танков, штурмовых орудий и бронетранспортеров - было почти невыполнимой задачей.
После упорных боев дивизия отошла на новые рубежи. Опять, уже в который раз, рыли окопы - нужно было укрепиться, зарыться в твердую землю. К утру нужно было быть готовыми к отражению атак противника. Окопы соединялись траншеями, что позволяло маневрировать личному составу, в случае необходимости.
       Примерно 20 июля командир дивизии, полковник Захарченко, рано утром появился на позициях нашего батальона. Командование заметило, что противник сосредоточивает войска в районе обороны нашего батальона. Наши позиции усилились за счет минометных батарей, пушек и по одному взводу штрафников.
       Рано утром 22 июля наши позиции подверглись бомбардировке и артиллерийскому обстрелу. Фашисты в полный рост пошли на наши позиции. Мы их встретили шквалом огня из всего оружия, что у нас было. Сраженные фашисты падали, а уцелевшие шли, подчеркнуто медленно, как на психологическую атаку. Комиссар приказал нам прекратить стрельбу и выйти на рукопашную, принять вызов. Я полагал, что это нецелесообразно, будут потери. Комиссар и моряки в подобных рукопашных боях участие принимали, у них был опыт. Комиссар меня убедил, что курсанты также физически подготовлены, как и моряки.
        Бой был скоротечным, прекратился как-то сам собой. Фашисты бежали. Мы отошли к своим окопам. Днем приехал командир дивизии, посмотрел на поле, ужаснулся тому, что мы совершили подвиг – устояли. Он поблагодарил весь батальон за стойкость и храбрость, а особенная благодарность была выражена бойцам нашей роты, которая выдержала психологическую атаку. Пообещал всех представить к наградам, у штрафников снять судимости, а меня и комиссара представить к военным наградам. Это было днем 22, а рано утром 23 июля фашисты начали наступление по всему фронту 62 армии. Мы уже чувствовали, что немецкие танки решили обойти нас с флангов, они преследовали отходящие штабы 192 и 184 стрелковых дивизии. В этом бою погиб наш командир, полковник Захарченко. В окружение попали наша 192, 184 и часть 33 гвардейской дивизии. Окруженные дивизии были охвачены плотным кольцом пехоты и танков противника.
Примерно 25 июля для вывода войск из кольца санитарным самолетом из оперативного штаба был направлен полковник Журавлев. Он объединил остатки обезглавленных дивизий и частей в одну оперативную группу. Группа вела неравный бой. Уже который раз немцы, пьяные, упитанные и рослые, пошли на наши позиции. Наши бойцы не дрогнули, и вышли им навстречу. Страшно было, но все же не дрогнули, а пошли. Последовало очередное кровавое побоище. В результате немцы отступили, оставив на поле множество трупов и тяжело раненных, с травмами рук и ног. Спесь им сбили. Наши же бойцы, низкорослые, ловкие и сильные, рискнули одолеть такую рослую, ожиревшую орду. Почти все бойцы после боя получили увечья. Мне разбили левую бровь, травмировали правую ногу. Мы превосходили немцев в физической подготовке, смекалке, силе духа, ловкости и неизменной вере в победу. Драка прекратилась, как только увидели продвижение в нашу сторону советских танков. Танковому корпусу удалось прорвать кольцо фашистского окружения и образовать узкий коридор для выхода окруженной группы из районов Бузиновка – Голубинская. Отход группы прикрывал наш батальон. Вывести удалось примерно 4500-5000 человек. Незначительная часть бойцов, в том числе и нашего батальона, не успела вырваться через этот коридор. Нам пришлось прорываться к переправе другим путём – через хутор Голубинский, используя овраги и пойму реки Голубая, передвигаясь, в основном, ночью, избегая налётов вражеской авиации. Наконец–то мы поднялись по склону и… ужас – здесь нас ждали наши заградотрядовцы с пулеметами, безжалостные и неумолимые к «отступленцам». И откуда они только взялись?!?! Еще не успевших отдышаться от многокилометрового отхода, нас бесцеремонно обезоружили, вручили лопаты и, уже под конвоем, отправили рыть позиции. В общем строю, с лопатами в руках, но уже без «кубарей» шагали и мы, резерв командиров Красной Армии, которые вместо «ни шагу назад», прошагали под натиском немецких танков более 30-40 километров в жару, голодные, без воды и хлеба, практически все травмированные после боя, помогая друг другу – двигались на восток, к переправе. Вступил в действие приказ главнокомандующего № 227 от 28 июля 1942 года. Историки до сих пор не могут разобраться, была ли так велика вина красноармейцев и средних командиров за ошибки высшего комсостава.
        Когда нас разоружали под дулами автоматов загранотрядовцы, мы все свое вооружение складывали в кучу возле дороги. Нам вручили, как я уже отмечал, лопаты и указали место для земляных работ. Через несколько часов работы легли отдохнуть. Копали мы у нижнего склона, а наверху, в неглубоких окопах, вылеживались на солнце загранотрядовцы. Вдруг радостные крики сообщили, что к нам на помощь движутся танки. Мы, полуарестованные, тоже радовались, наконец-то все образуется, разберутся с нами и восстановят справедливость. Но радовались недолго, оказалось, что это быстро мчались и стреляли по загранотрядовцам танки противника. Мы быстро подбежали к куче оружия и боеприпасов, кто что схватил, и в окопы, которые мы выкопали в полный профиль. Танки «утюжили» гусеницами загранотрядовцев, засыпали, заваливали их землей, а оставшиеся драпали в нашу сторону, спасаясь в наших окопах! А где же «Ни шагу назад!»? Командир загранотрядовцев был, видимо, засыпан гусеницами, потому что его никто не видел.
        К нашим окопам танки и бронетранспортеры не рискнули спуститься, так как мы встретили их шквальным огнем, и смогли даже поджечь один бронетранспортер.
К нашей роте примкнуло множество бойцов из разных полков и дивизий. Образовалась группа, численностью примерно 250-280 человек. Боеприпасами и продуктами группа пополнялась только за счет ночных вылазок наших разведчиков, также собирали зерна из колосков неубранной пшеницы. Группа была небоеспособна, она не могла прорвать кольцо превосходящих сил противника. Мы находились в плотном кольце вражеских войск, настал критический момент, когда никто никем не руководил. Оставшиеся командиры были разжалованы капитаном загранотрядовцев, он забрал «кубари». Однако бойцы группировались вокруг бывших командиров. Посоветовавшись между собой, решили разбиваться на мелкие группы и только ночью прорываться к переправе. Многие бойцы ещё не оправились от рукопашной битвы с врагами, поэтому в открытый бой не вступали, но если появлялась возможность поджечь склады с боеприпасами и бензохранилища, мы поджигали для морального удовлетворения.
        После Сталинградской эпопеи я участвовал в «Голубой Линии» под Крымской, июнь – сентябрь 1943 года. Примерно в декабре 1943 года, в январе 1944 – в Керчи, 1944 – в Севастополе. После ранения в составе уже 318 дивизии под командованием генерала Гладкова. Затем в Карпаты – Мукачево, Чехословакия. Закончил войну в поселке Сычевцын под Прагой.
        22 июля 1942 года в рукопашном бою мне разбили бровь левого глаза. Часть была в окружении, медсанбат отсутствовал, обработку раны делали собственными силами, как могли. Рана была большая, шрам сохранился и по сей день.
       В феврале 1944 года во время артподготовки куском мерзлой земли я повредил верхнюю часть бедра и низ живота, из-за чего и пролежал около месяца в медсанбате 318 стрелковой дивизии. В мае 1945 года после минометного обстрела получил закрытый перелом двух костей в районе запястья правой руки.
       Демобилизовался в ноябре 1946 года, как годный к несению нестроевой службы. Возвращался домой из Мукачево – Закарпатье – Львов, Киев, Харьков, Ростов-на-Дону, Краснодар.
       О наградах.
       Некоторых наград бойцы не удостоились по объективным причинам. Например, однажды наша рота вела ожесточенные бои в районе Голубая, 10-11 июля, были уничтожены сотни фашистов и подожжено 2-3 танка. Командир полка пообещал всех бойцов приставить к наградам. Страшные бои 22 июля, переходящие в рукопашную, и командир дивизии обещал всех приставить к орденам, а комиссара и меня – к высоким правительственным наградам после выхода из кольца окружения. Но на следующий, печальный в нашей жизни день, 23 июля наш штаб был разгромлен, а командир дивизии Захарченко погиб. И если даже успели составить наградные списки, то их сожгли во время боёв. Вот такая печальная и отсутствующая награда.
       С 28 июля по 3 августа, а затем и 15 августа проходили бои, но из окопов нас не выбивали, а отходили куда придётся, по своему усмотрению. Каждый боец имел не менее 2-3 ранений, награждать нас было некому, так как штабные командиры либо погибли, либо попали в плен. Но для нас главной наградой было остаться в живых, хоть и покалеченными.
       Для меня высокой наградой было приглашение на 55-ый юбилей освобождения Сталинграда. Мне вручили дорогую, памятную для меня, юбилейную медаль «55 лет освобождения Сталинграда», и бронзовую статуэтку «Родина-мать». 
       Имею:
       Медаль «За Отвагу» - за разминирование прохода под Керчью, в районе завода Войкова, где я и был ранен в тазобедренный сустав правой ноги.
      Медаль «За боевые заслуги» - в медсанбате на момент, когда я там находился, не было шоферов для вывоза раненых с передовой. Я находился в группе выздоравливающих, согласился помочь. Между Севастополем и Балаклавой шли упорные бои. Минометным огнем фашисты вывели первую машину. Под обстрелом мы перегрузили раненых на оставшиеся машины. Все же за 4 рейса нам удалось вывезти всех раненых к медсанбату. 
       Медаль «За Отвагу» получил в Чехословакии. Под городом Олоноуц и в городе Кошица вытаскивал раненых с передовой до оврага, а оттуда уже их отвозили в медсанбат.
       Орден "Отечественной войны" II степени - за участие в Отечественной войне.

Март 2005 г.

В подготовке текста воспоминаний оказала помощь студентка 1 курса Кубанского государственного технологического университета Довлетшина Яна Раисовна.

На сайт Кубанского государственного технологического университета был послан запрос. Ответа пока не последовало...

www.ainros.ru/shop/ogl9.pdf
« Последнее редактирование: 24 03 2015, 17:03:49 от Внук богов войны »
"В Россию нельзя ходить с мечом, об этом мы предупредим своих внуков и правнуков..."  - генерал-полковник Карл фон Штреккер, командующий 11-ым армейским корпусом. Сталинград 2 февраля 1943 г.          "Внучку" или не предупредили или до неё "тупо не дошло"...

Внук богов войны

  • Модератор раздела
  • Майор
  • *
  • Сообщений: 772
Re: 192-я стрелковая дивизия(1 форм)
« Ответ #7 : 22 12 2011, 20:08:16 »
Уважаемый юрий40!

Прошу Вас уточнить в #1:

1. Командиры
полковник Захарченко А.С.(.. .05.1942 - 24.07.1942) - убит в ст. В.Бузиновка
подполковник Таланцев А.Н.(24.07.1942 - 31.07.1942)
полковник Журавлёв К.А.(31.07.1942-16.08.1942)
полковник Серебрянников (16.08.1942 - 25.08.1942) - подполковник Серебряков (?)

2. Нач штаба дивизии
подполковник Таланцев Александр Николаевич
« Последнее редактирование: 27 09 2012, 17:19:20 от Внук богов войны »
"В Россию нельзя ходить с мечом, об этом мы предупредим своих внуков и правнуков..."  - генерал-полковник Карл фон Штреккер, командующий 11-ым армейским корпусом. Сталинград 2 февраля 1943 г.          "Внучку" или не предупредили или до неё "тупо не дошло"...

юрий40

  • Подполковник
  • **
  • Сообщений: 1056
Re: 192-я стрелковая дивизия(1 форм)
« Ответ #8 : 23 12 2011, 15:21:35 »
Уважаемый юрий40!

Прошу Вас уточнить в #1:

1. Командиры
полковник Захарченко А.С.(.. .05.1942 - 24.07.1942)
полковник Журавлёв К.А.(31.07.1942-16.08.1942)
полковник Серебрянников (16.08.1942 - 25.08.1942) - подполковник Серебряков (?)
подполковник Таланцев Александр Николаевич (начштаба 192-ой СД)

Уважаемый Внук Богов Войны,
Приведенные данные в #1, взяты из указанных там же источников.
Если Вы располагаете более точными данными на этот счет, можно  указать их.
Горит и кружится планета, Над нашей Родиною дым, И значит, нам нужна одна победа, Одна на всех - мы за ценой не постоим!

Внук богов войны

  • Модератор раздела
  • Майор
  • *
  • Сообщений: 772
Re: 192-я стрелковая дивизия(1 форм)
« Ответ #9 : 24 12 2011, 01:37:34 »
Уважаемый юрий40!

С 25.07.42 - 31.07.42 командиром был подполковник Таланцев Александр Николаевич

 http://poiskvolgograd.ru/forums/index.php?/topic/86-86/
Ещё ссылка...
http://www.stalingrad.ws/divis/divis_1.shtml

Начштаба подполковник Н. А. Таланцев был тяжело ранен. Его пытались эвакуировать, но во время бомбежки он погиб.


Те же самые источники - других пока не имеем (что жаль):

 Попов П.П., Козлов А.В., Усик Б.Г. "Перелом: По воспоминаниям участников и свидетелей Сталинградской битвы" В 2ч./Под ред. П.П. Попова. Волгоград, Издатель, 2000.

192-я дивизия к концу дня продолжала сражаться уже в окружении. Погиб командир дивизии полковник Захарченко А.С. Погиб начальник политотдела подполковник Серебряков. Остатки дивизии возглавил начальник штаба дивизии подполковник Таланцев А.Н.

http://r34perevoloka.narod.ru/ist_arheolog/vov/knigi/ilovly_st_b/boy_v_bi.htm

Вспоминает участник этих боев Алексей Михайлович Пономорёв:
..........Погиб командир дивизии полковник Захарченко А.С. Погиб начальник политотдела подполковник Серебряков. Остатки дивизии возглавил начальник штаба дивизии подполковник Таланцев А.Н. И снова бой под станицей Сиротинской. В конце августа остатки 192-й стрелковой дивизии были подчинены 1–ой гвардейской армии генерала Москаленко....

http://www.stalingrad.nm.ru/s62arm.html
http://perevoloka.listbb.ru/viewtopic.php?f=13&t=121

Георгий Гурьевич Иванченко, - начальник полевого госбанка 192-й стрелковой дивизии, вспоминает:   
    Когда 24 июля 1942 года погибли комиссар дивизии Степанов и командир дивизии Захарченко, командование дивизии приняли начальник штаба Таланцев и комиссар Смирнов.



Бывший рядовой курсантского полка 192-й дивизии Василий Александрович Гриненко вспоминает:
....Утром 27 июля вышла из окружения группа учбатовцев, во главе с начальником штаба дивизии подполковником А.Н.Таланцевым. Он и принял на себя командование дивизией. ...

...а вот ещё его интересное свидетельство ( после 15 августа 1942 г.):

Остатки дивизии объединил командир 427-го стрелкового полка подполковник Исупов и вывел остатки дивизии к станице Сиротинской. Этого командира дивизии вынесли на руках и отправили в госпиталь.

По моим предположениям список должен выглядить так:

Командиры 192-ой СД (1 ф.):

1. полковник Захарченко Афанасий Степанович (комдив 192-ой СД) (.. .05.1942 - 24.07.1942) - убит
2. подполковник Таланцев Александр Николаевич (начштаба 192-ой СД) (24.07.1942 - 31.07.1942) - ранен, погиб во время бомбёжки при попытке эвакуации в тыл
3. полковник Журавлёв Константин Андреевич (ЗамНачШтаба 62-й Армии)  (31.07.1942-16.08.1942) - тяжело ранен, эвакуирован в тыл из окружения ( с 22.02.1944 - генерал-майор )
4. подполковник Исупов Петр Павлович (командир 427-го СП) (15.08.1942 - ... ) - пропал без вести в июле(?) 1942 (ЦАМО, ф. 33, од. 11458, д.641)

 

Комдив-192 полковникЗахарченко Афанасий Степанович
http://tzem.info/person/photo/7605

http://forum.vgd.ru/604/27189/10.htm?a=stdforum_view&o=

полковник Серебрянников (16.08.1942 - 25.08.1942) - (?) пока под вопросм


 
 
« Последнее редактирование: 28 10 2013, 03:45:01 от Внук богов войны »
"В Россию нельзя ходить с мечом, об этом мы предупредим своих внуков и правнуков..."  - генерал-полковник Карл фон Штреккер, командующий 11-ым армейским корпусом. Сталинград 2 февраля 1943 г.          "Внучку" или не предупредили или до неё "тупо не дошло"...

Внук богов войны

  • Модератор раздела
  • Майор
  • *
  • Сообщений: 772
Re: 192-я стрелковая дивизия(1 форм)
« Ответ #10 : 28 12 2011, 01:20:53 »
Иванов Семен Павлович
ШТАБ АРМЕЙСКИЙ, ШТАБ ФРОНТОВОЙ.


Глава девятая.
В 1-й танковой под Сталинградом

            ...В 10 часов южнее Клетской был нанесен удар в неприкрытый стык двух батальонов 427-го стрелкового полка 192-й стрелковой дивизии. Это, пожалуй, было одно из самых слабых мест в обороне армии. На направлении своего удара враг создал, по примерным подсчетам, чудовищное превосходство в силах и средствах: в людях — в 4—5 раз, в орудиях и минометах — чуть ли не в 10 раз, в танках и авиации — абсолютное. У обеих наших дивизий не было вторых эшелонов и танковых резервов, поэтому, несмотря на героизм воинов, залатать "дыры" не удалось. Генерал Колпакчи начал подготовку контратаки из района Селиванова, в которой должны участвовать стрелковый полк, танковая бригада и батальон танков КВ.
      Капитан толково нанес обстановку на карту. Из нее следовало, что противник, совершив прорыв в полосе 192-й дивизии и имея такое огромное превосходство в силах и средствах, попытается использовать свой успех для продвижения к Дону почти строго на восток, к Голубинскому, а брешь в боевых порядках 33-й гвардейской дивизии — для нанесения еще более глубокого удара на юго-восток, то есть в нашу сторону, причем через район, где заканчивал формирование 13-й танковый корпус. Крайне необходимо было связаться с его командованием.

    Затем уже в своем довольно основательно оборудованном блиндаже генерал Москаленко рассказал, что контратака, на которую Владимир Яковлевич Колпакчи возлагал столько надежд, увенчалась далеко не полным успехом. Хотя враг первоначально и был потеснен, он быстро перегруппировался, нанес новый удар и углубился в оборону армии в полосе 192-й дивизии до 8 километров, выйдя к хутору Платонов, а в полосе 33-и гвардейской — даже на 15 километров и захватил совхоз имени 1 Мая. В итоге два полка и танковый батальон дивизии Ф. А. Афанасьева были обойдены и вынуждены вести бой в изоляции от остальных сил армии, им грозило окружение.

      Генерал Колпакчи имел обыкновение говорить очень громко. Не изменил он своей привычке и на сей раз, так что все сидевшие поблизости услышали его голос:
    — Докладываю итоги дня. Головные подразделения немецкой мотопехоты прорвались к Дону в районе Голубинского, заняли Скворин, обойдя с севера правофланговые соединения армии. Другие вражеские танковые и пехотные части вышли к реке Лиска у Качалинской. Противнику, очевидно, удалось разгромить штабы наших 184-й и 192-й стрелковых дивизий, находившихся в районе Верхнебузиновки, потому что связь с командованием данных соединений полностью утрачена. Полагаю, что части этих двух дивизиий остались в тылу у гитлеровцев без управления. Считаю, что с выходом противника к Голубинскому и Скворину создалась реальная угроза окружения значительной части сил армии. Под угрозой удара немецких танков находится и мой штаб в Володинском. Намеревался немедленно организовать контрудар на Скворин, но предназначавшаяся для этого 196-я дивизия все еще не сменена частями 64-й армии. У Чуйкова тоже какие-то трудности. Без вашей помощи обойтись не могу. Жду ваших указаний.
    Только выслушав генерала Колпакчи, Александр Михайлович назвал себя и спросил:
    — Выйдя к Дону у Голубинского, враг, надо думать, готовится форсировать здесь реку?
    — Как это ни странно,— ответил Колпакчи,— ничего похожего на форсирование не затевается.
    — Вы в этом уверены?
    — Абсолютно! Вышедшие к Голубинскому танки и мотопехота стремятся свернуть нашу оборону по западному берегу Дона.


    — Какова обстановка на правом фланге 62-й армии? — спросил меня Москаленко.
   Вместо ответа я зачитал только что полученную оперативную сводку этой армии за номером 54 на 22 часа 24 июля:

"1. Части армии ведут упорные бои за удержание рубежа обороны. Особенно ожесточенные — на правом фланге и в центре. Одновременно ведут борьбу с прорвавшимися в глубину обороны группами танков и моточастей противника. Боевые порядки войск систематически бомбились авиацией противника, слабо прикрываемые истребителями. [273]

2. 192-я сд с 40-й тбр и 184-я сд с рассвета 24.7 ведут тяжелые бои с атакующими танками и мотопехотой противника... Командир 192-й сд полковник А. С. Захарченко убит. О командире 184-й сд полковнике С. Т. Койде сведений нет. Управление в дивизиях потеряно. Для организации управления дивизиями высланы на самолете начальник оперативного отдела штарма полковник К. А. Журавлев и группы командиров на автомашинах с прикрытием. Наземная и авиационная разведка отхода пехоты не наблюдала. Есть основания считать, что части продолжают сопротивляться на прежнем рубеже"{146}
   

    Чтобы представить, насколько безотлагательно необходимыми были эти действия, стоит охарактеризовать положение, сложившееся накануне западнее Верхнее-Бузиновки. К исходу 25 июля, как уже говорилось, 60-я моторизованная и 16-я танковая дивизии врага соединились под Сухановским. Вследствие этого 184-я и 192-я стрелковые дивизии, 84-й и 88-й гвардейские стрелковые полки 33-й гвардейской стрелковой дивизии, 40-я танковая бригада, 644-й танковый батальон и три артиллерийских полка усиления оказались в окружении. Связь их со штабом 62-й армии была потеряна еще вечером 24 июля{154}. Для организации управления войсками в район их окружения на самолете По-2 был направлен начальник оперативного отдела штаба 62-й армии полковник К. А. Журавлев. Приземлившись около Майоровского и ознакомившись с обстановкой, он сообщил, что, несмотря на недостаток боеприпасов, медикаментов и продовольствия, окруженные, которых он объединил в оперативную группу, не утратили слаженности и упорства в боях с врагом{155}.
   В помощь К. А. Журавлеву послали группу работников штаба армии с радиостанцией и отряд курсантов на автомашинах, а также несколько танков, но пробиться к окруженным они не смогли. Это крайне осложнило задачу Константина Александровича, тем более что против его оперативной группы Паулюс бросил части: с севера - 100-й легкопехотной и 305-й пехотной дивизий, с востока 376-й, с юга - 113-й, а с запада - 384-й пехотных дивизий при непрерывной поддержке с воздуха. Невзирая на тяжелую обстановку, опергруппа продолжала удерживать занимаемый район. Лишь когда вести дальше борьбу стало невозможно, полковник Журавлев 28 июля принял решение нанести удар в направлении Верхнебузиновка с запада, прорвать кольцо окружения и выйти к своим войскам. Вот тогда-то наш 13-й корпус, выполняя полученные задачи, и оказал журавлевцам крайне нужную им помощь.
   Задачи корпусу мы поставили весьма конкретные, не ожидая, пока враг создаст внешнее кольцо, найти в его боевых порядках уязвимое место и прорваться к группе Журавлева, первоначально хотя бы небольшими силами, чтобы через пробитую брешь быстро эвакуировать раненых и помочь окруженным боеприпасами и горючим. Далее Пушкину предстояло скоординировать действия 40-й танковой бригады изнутри кольца с ударами Танасчишина извне. При этом мы исходили из того, что 4-я танковая армия В. Д. Крюченкина скует часть войск противника в полосе своих действий.
   Наиболее уязвимым оказался участок 100-й легкопехотной дивизии генерала Занне. Прорвавшись на хутор Свечниковский, авангард нашего 13-го корпуса установил связь с окруженными,- по счастью, именно с командиром 40-й танковой бригады подполковником К. В. Скорняковым. По согласованию со штабом фронта эта бригада перешла в подчинение Е. Г. Пушкина.
   Пройдя с боями 12 километров, 13-й корпус к 18.00 28 июля достиг юго-западной окраины Верхнебузиновки. Гитлеровцы открыли по танкистам ураганный артогонь. Одновременно наша разведка засекла вражескую танковую колонну с мотопехотой, выдвигавшуюся из Платонова на Верхнебузиновку.
   Е. Г. Пушкин и К. А. Журавлев проявили похвальную оперативность, выдвинув всю противотанковую артиллерию и арт- полк 192-й дивизии на прямую наводку. Батарейцы буквально сокрушили фашистские танки и автомашины с мотопехотой, остатки противника рассеялись по степи. За четыре часа непрерывного боя, с двух пополудни до шести вечера, танкисты Пушкина и группа Журавлева уничтожили 31 орудие, в том числе 9 тяжелых, 3 радиостанции, много автомашин и до 800 солдат и офицеров врага {156}.

  {156}ЦАМО, ф. 300, он. 677296, д. 2, л. 8.
http://militera.lib.ru/memo/russian/ivanov_sp/09.html
"В Россию нельзя ходить с мечом, об этом мы предупредим своих внуков и правнуков..."  - генерал-полковник Карл фон Штреккер, командующий 11-ым армейским корпусом. Сталинград 2 февраля 1943 г.          "Внучку" или не предупредили или до неё "тупо не дошло"...

Внук богов войны

  • Модератор раздела
  • Майор
  • *
  • Сообщений: 772
Re: 192-я стрелковая дивизия(1 форм)
« Ответ #11 : 28 12 2011, 01:28:46 »
КОМАНДУЮЩЕМУ 62-й АРМИЕЙ
(бывшая 7-я резервная армия)
4 час. 45 мин. 12 июля 1942 г.


Ставка Верховного Главнокомандования п р и к а з а л а:

1. Сообщить Вам, что решением Ставки Верховного Главнокомандования с 6.00 12.7 Юго-Западный фронт ликвидируется и образуется Сталинградский фронт.

Управление Юго-Западного фронта обращается в управление Сталинградского фронта. Командующий Сталинградским фронтом — Маршал Советского Союза т. Тимошенко. Член Военного совета фронта т. Хрущев.

Штаб фронта — Сталинград.

2. 62-й армии (бывшей 7-й резервной армии) в составе 192 сд, 33 гв. сд, 147 сд, 184 сд, 196 сд, 181 сд, с управлением армии, всеми частями усиления, связи и тыловыми частями — поступить в подчинение командующего Сталинградским фронтом с 6 час. 12 июля 1942 г.

3. Получение подтвердить. Исполнение донести.

По поручению Ставки Верховного Главнокомандования

Начальник Генерального штаба КА

А. ВАСИЛЕВСКИЙ

№ 994112

ЦА МО РФ, ф. 48а, оп. 1640, д.180, л. 6. Подлинник.
"В Россию нельзя ходить с мечом, об этом мы предупредим своих внуков и правнуков..."  - генерал-полковник Карл фон Штреккер, командующий 11-ым армейским корпусом. Сталинград 2 февраля 1943 г.          "Внучку" или не предупредили или до неё "тупо не дошло"...

Внук богов войны

  • Модератор раздела
  • Майор
  • *
  • Сообщений: 772
Re: 192-я стрелковая дивизия(1 форм)
« Ответ #12 : 28 12 2011, 02:26:10 »
"На левый берег Дона 192-я сд не вышла как дивизия. Выходили большими и малыми группами в направлении Голубинский, Качалинская, Сиротинская. Большая часть вышла к Сиротинской и вошла в состав 1-й гвардейской армии"{136}. Многие воины, вырвавшиеся из окружения, включались в 200-й запасной полк, а оттуда маршевыми ротами направлялись в район Тракторного завода Сталинграда для борьбы непосредственно на территории города.

В указанный период 200-го зсп не существовало.
Судя по датам остатки 192-ой СД включались в Армейский запасный стрелковый полк 1-ой Гвардейской армии

Армейский запасный стрелковый полк 1 Гвардейской армии   29.8.42 - 18.9.42  (Переименован в 200-ый зсп )

200-й армейский запасный стрелковый полк  (Переименован из армейского запасного стрелкового полка 1-ой Гвардейской Армии)
18.9.42-15.10.42
25.10.42-5.5.43
24.9.43-9.5.45

http://tashv.nm.ru/Perechni_voisk/Perechen_15_01.html
"В Россию нельзя ходить с мечом, об этом мы предупредим своих внуков и правнуков..."  - генерал-полковник Карл фон Штреккер, командующий 11-ым армейским корпусом. Сталинград 2 февраля 1943 г.          "Внучку" или не предупредили или до неё "тупо не дошло"...

Внук богов войны

  • Модератор раздела
  • Майор
  • *
  • Сообщений: 772
Re: 192-я стрелковая дивизия(1 форм)
« Ответ #13 : 31 12 2011, 00:23:35 »
Воспоминания ветеранов 192-ой СД о боях в излучине Дона:


Вспоминает участник этих боев Алексей Михайлович Пономорёв:
    Бои 192-й стрелковой дивизии, начавшиеся 17 июля у хутора Пронин Серафимовического района, носили исключительно тяжёлый характер. Передовой отряд - 676 стрелковый полк, вошёл в соприкосновение с передовыми частями 6-й армии Паулюса и вступил в бой. Этот день считается началом Сталинградской битвы.
     Одновременно вступили в бой и передовые отряды 33-й гвардейской, 181-й, 147-й стрелковых дивизий. 192-я стрелковая дивизия, выйдя из окружения, в начале августа, вошла в состав 4-й танковой армии и была поставлена в центре армии на правом берегу Дона у станицы Сиротинской.
    Противник к 15 августа 1942 года сосредоточил против нашей 4-й танковой армии 8 пехотных и 2 танковые дивизии. Сотни самолётов закрыли небо, немцы бомбили всё подряд, в том числе и санитарные машины, с раненными. Степь горела, как факел. В этом огне и дыму, шёл тяжёлый кровопролитный бой, рукопашная схватка у пушек. Одни наши бойцы бьют танки фашистов. Другие отбивают атаки пехоты.
    192-я дивизия к концу дня продолжала сражаться уже в окружении. Погиб командир дивизии полковник Захарченко А.С. Погиб начальник политотдела подполковник Серебряков. Остатки дивизии возглавил начальник штаба дивизии подполковник Таланцев А.Н. И снова бой под станицей Сиротинской. В конце августа остатки 192-й стрелковой дивизии были подчинены 1–ой гвардейской армии генерала Москаленко.


А вот как описывает один из боёв рядовой 427–го стрелкового полка 192–й стрелковой дивизии Пётр Иванович Шевченко:
   Это было под вечер. Солнце катилось к закату. Стояла тишина. Мы в траншеях, все приготовились к бою с танками. Нервы напряжены до предела. На нас двигалась железная лавина, готовая раздавить, уничтожить нас. И в это время появились наши танки, которые стремительно шли, минуя нашу оборону, навстречу немцам.
     Это прошла 40-я танковая бригада: 50-60 танков. Начался бой. Танки с обеих сторон били прямой наводкой. Эта лобовое столкновение длилось больше часа. На поле боя горела яркими факелами, черным дымом сотня машин. Гарь и дым стелились по земле, поднимались в небо столбами. Экипажи метались под перекрёстным огнём. Немецкая пехота не могла пробиться к нашим окопам, мы уничтожали её пулемётным огнём. Из боя вышли невредимыми только три наших танка и одна танкетка. Я впервые видел такой масштабный танковый бой, и позже мне не приходилось быть свидетелем такого страшного и чудовищного зрелища.
    В большой излучине Дона погибли или попали в плен многие солдаты наших армий 62-й и 64-й, заслонив собой Сталинград, обеспечив будущую победу в Сталинградской битве. В тех жестоких боях, вместе с солдатами погибли, пропали без вести или попали в плен почти все командиры дивизий 62 армии: 192, 181, 147, 184 (Т.С. Койды вышел из окружения - прим. ВБВ), 196. За выигранный месяц боёв в излучине Дона, Верховное Главнокомандование подтянуло резервы, технику обеспечив тем самым, будущую победу.


Георгий Гурьевич Иванченко, - начальник полевого госбанка 192-й стрелковой дивизии, вспоминает:
   Когда 24 июля 1942 года погибли комиссар дивизии Степанов и командир дивизии Захарченко, командование дивизии приняли начальник штаба Таланцев и комиссар Смирнов.
    Штаб располагался в станице Голубинской, а полки в районе хутора Оськина вели ожесточённые оборонительные бои. В августе, когда был занят город Калач на Дону, мы находились на правом берегу Дона.
    Враг повёл ожесточённую атаку, и мы начали отступать. Кто как мог, переправлялись в районе Качалино через Дон. Мы отошли к хутору Садки. Заняли оборону и в течение нескольких дней отражали атаки немцев, где нас сменили подразделения армии Москаленко.
    Мы, остатки дивизии, двинулись к Сталинграду. В районе Гумрака опять отражали атаки. Там я был контужен. С заплечной сумкой денег, оборванный, вместе со своим штатом Госбанка, я переправился через Волгу. Мы явились в штаб фронта, расположенный в посёлке Средняя Ахтуба.


Бывший рядовой курсантского полка 192-й дивизии Василий Александрович Гриненко вспоминает:
   [   Полки дивизии заняли оборону на рубеже станица Клетская – хутор Калмыков. Наш, отдельный учебный стрелковый батальон, состоящий из шести рот – 1200 человек, находясь в резерве командира дивизии, расположился в хуторе Оськинском и хуторе Верхне - Бузиновке.
    23 июля 1942 года нас выстроил, в колхозном саду, командир роты старший лейтенант Избенко. Прибыл командир дивизии полковник А.С.Захарченко и страстно выступил: "Дорогие курсанты! Дети мои! Удержите переправу через Дон в станице Сиротинской."
    Наутро снова разгорелся сильный бой. Немцы вели наступление на Верхнюю Бузиновку, где находился штаб нашей дивизии. Погиб командир дивизии полковник А.С.Захарченко. На следующий день мы увидели движущуюся колонну, но в поднятой пыли было не разглядеть: машины это или танки. Когда они приблизились, видим – полуторки с ранеными. Однако машины на большой скорости стали сворачивать с дороги в разные стороны. Раненные что то кричат, машут руками.
    Появились немецкие танки. Поступила команда «Огонь!» Прозвучали выстрелы батареи 76-и миллиметровых орудий, загорелось несколько танков, остальные отступили и скрылись за бугром. Раненные рассказывали, что немцы хотели с ходу захватить переправы через Дон.
    Утром 27 июля вышла из окружения группа учбатовцев, во главе с начальником штаба дивизии подполковником А.Н.Таланцевым. Он и принял на себя командование дивизией. Немцы прорвавшиеся к Дону с 25 по 30 июля 1942 года пытались захватить наши переправы у станицы Сиротинской и Трехостровской, но ведя тяжёлые бои, защитники переправ, стойко отбивали атаки. Было видно, что не хватает у немцев сил и подкрепить их нечем. Видно крепко привязали к себе много немецких войск окружённые наши дивизии.
   30 июля 1942 года из-за Дона переправилось около 80 танков Т-34 и КВ и стрелковая дивизия армии Кручёнкина В.Д. Части, оборонявшие переправы вошли в его 4-ю танковую армию, и мы пошли в наступление на правом берегу Дона.
    Наш учебный батальон наступал в направлении Трехостровская – Большой Набатов - Верхне Голубая - Оськинский. Наступавшие части отогнали немцев на 60 километров от Дона и освободили много занятых врагом станиц и хуторов.
    31 июля 1942 года ударом с двух сторон, продолжает Василий Гриненко, мы прорвали немецкое кольцо окружения и дали возможность выйти группе полковника Журавлёва, командовавшего группой окружённых частей 33-й, и 192-й стрелковых дивизий.
    Большие потери понесла наша 192-я дивизия за 15 дней. В 676-м стрелковом полку из окружения вышло 170 человек от 2500. Другие полки тоже потеряли более 50% личного состава. Но 6-я армия Паулюса, смогла продвинуться только на 30-40 километров, потеряв ударную силу своих полков.
    1-2 августа 1942 года – затишье. Фашисты после больших потерь прекратили наступление, но вели разведку. «Рама» всё время кружится над нами, «юнкерсы» и «мессершмидты» каруселью летают над нашей обороной, обстреливают и бомбят. Своих самолётов не видно. Приходится маневрировать в окопе из угла в угол, а немец высунется из кабины самолёта и смеётся, пальнув по траншеям.
    Вместе снами воевали морские пехотинцы. При наступлении и отражении вражеских атак, они надевали тельняшки и бескозырки, и тогда гремела в Донских степях морская «полундра», приводя в ужас немецких солдат.
    До 15 августа 1942 года над нашими позициями кружила «рама». Мы заняли круговую оборону. Плохо то, что старшина только ночью снабжает нас кашей и водой – котелок каши на двоих и фляжка воды каждому на сутки. Хорошо то, что немецкие самолёты не бомбят нас – боятся попасть по своим. Немецкие окопы рядом, даже переговоры ведём: «Иван, иди кофе пить» - знают сволочи, что мы хотим пить. Мы отвечаем: «фриц заткнись!» Немцы кричат: «Гут, Иван, гут!».
   15 августа 1942 года на рассвете, всё загрохотало от взрывов. Особенно действовала на нервы стрельба шестиствольных миномётов – скрип, а позади летящей мины – хвост огня. Десятки самолётов закрыли небо – фашисты бомбили всё подряд, даже телеги, санитарные машины и палатки. Тяжело ранен был командир дивизии полковник Журавлёв. Погиб начальник штаба подполковник А.Н.Таланцев.
    Остатки дивизии объединил командир 427-го стрелкового полка подполковник Исупов и вывел остатки дивизии к станице Сиротинской. Этого командира дивизии вынесли на руках и отправили в госпиталь. В конце августа 1942 года войдя в состав 1-й гвардейской армии, 192-я стрелковая дивизия была обескровлена боями июля – августа в большой излучине Дона[/color]



http://perevoloka.listbb.ru/viewtopic.php?f=13&t=121
« Последнее редактирование: 31 12 2011, 00:41:55 от Внук богов войны »
"В Россию нельзя ходить с мечом, об этом мы предупредим своих внуков и правнуков..."  - генерал-полковник Карл фон Штреккер, командующий 11-ым армейским корпусом. Сталинград 2 февраля 1943 г.          "Внучку" или не предупредили или до неё "тупо не дошло"...

Внук богов войны

  • Модератор раздела
  • Майор
  • *
  • Сообщений: 772
Re: 192-я стрелковая дивизия(1 форм)
« Ответ #14 : 31 12 2011, 01:18:13 »
Список полковника Журавлева


      В первый и самый тяжелый месяц Сталинградской битвы пять тысяч бойцов 62-й армии могли оказаться в плену, если бы отчаянной смелости летчик Алексей Решетов не перебросил к окруженным дивизиям строгого и замкнутого штабного офицера Константина Журавлева...


Они сошлись: педант и порох

     Ведущий научный сотрудник музея-панорамы "Сталинградская битва" Лев Яковлевич Ларин так хорошо изучил судьбу этого человека, что начал было писать о нем книгу.

     – Константин Андреевич Журавлев из того ряда кадровых военных, которые попали на фронт задолго до революции, – рассказал мой собеседник. – Сельский бондарь, он в 1915 году был призван в Русскую императорскую армию, в Первую мировую войну дослужился до унтер-офицера, а с апреля 1918-го был в Красной армии. Великую Отечественную войну встретил начальником факультета Высшей специальной школы Генштаба Красной армии. В июле 1942 года полковник Журавлев находился в должности заместителя начальника штаба 62-й армии (он же начальник оперативного отдела штаба).

      Собирая документы, Лев Ларин отметил: офицер Журавлев был прирожденный штабист – педантичный, тщательно и без суеты выполняющий любую работу. Вполне возможно, что такой характер сложился еще в молодости, когда он собирал бочки, тщательно подгоняя одну дощечку к другой, чтобы готовое изделие не потекло.

     *Военный летчик Алексей Михайлович Решетов был из другого поколения и наверняка другим по характеру. Окончив военную авиашколу за год до войны, молодой офицер командовал эскадрильей в одном из полков 8-й воздушной армии и к окончанию Сталинградской битвы совершил 432 боевых вылета, провел сотню воздушных боев, сбил лично одиннадцать немецких самолетов, за что и получил звание Героя Советского Союза. Товарищи и командиры считали его взрывным, отчаянным, смелым. В первые дни Сталинградской битвы судьба свела Журавлева и Решетова, позволив этим офицерам показать свои лучшие качества.

Фланг правый – кровавый

     Надо напомнить, что в июле 1942 года части 62-й армии вели тяжелые оборонительные бои в излучине Дона. Боевые порядки, которые весьма слабо прикрывали наши летчики, систематически бомбила немецкая авиация. 23 июля состоялись переговоры Сталина с командованием Сталинградского фронта по прямому проводу. Главнокомандующего интересовало, что произошло на правом фланге 62-й армии.

     – Только что получено донесение от Колпакчи (командующего армией. – Прим. ред.), что танки противника до 50 единиц прорвались в направлении хуторов Калмыков, Манойлин... – доложили Сталину.

     – А что, разве у вас нет танков на правом фланге? Что делает наша авиация? Стыдно отступать перед 50 танками немцев-мерзавцев, имея на фронте около 900 танков, – отчитал Сталин военачальников.

     Позднее Лев Яковлевич Ларин выяснил подробности о танках. По данным немецких историков, у врага тогда было только на этом направлении до 350 машин, а всего насчитывалось до 500 единиц. У наших 62-й и 63-й армий – около 400.

      Неудивительно, что с рассвета 24 июля 192-я стрелковая дивизия с 40-й танковой бригадой и 184-я стрелковая дивизия едва удерживали атаки танков и мотопехоты противника на правом фланге армии. В ночь на 25 июля враги прорвались в глубину обороны. Оперативная сводка сообщала: «Командир 192-й сд полковника. С. Захарченко убит. О командире 184-й сд полковнике сведений нет. Управление в дивизиях потеряно».

      К вечеру того же дня 60-я моторизованная и 16-я танковая дивизии немцев замкнули кольцо вокруг наших войск. В окружении оказались: 184-я и 192-я стрелковые дивизии, 84-й и 88-й гвардейские стрелковые полки, 40-я танковая бригада, 644-й танковый батальон, три артполка усиления. К окруженным был выслан отряд связи на танках, затем группа командиров на автомашинах при поддержке нескольких танков, но никто не смог прорваться сквозь армаду вражеской мотопехоты и танков, усиленных артиллерией и штурмовыми орудиями.

С неба – в бой

      Ветераны до сих пор помнят, что стояло за сухими строчками тех донесений и оперативных сводок. На донские степи упала жара почище нынешней. Степь горела. Стена огня надвигалась на позиции, разогнав зверей и птиц. Только наши бойцы держались из последних сил.

      – Немцы со всех сторон так плотно обложили наши окруженные части, что иного пути, как по воздуху, к ним не оставалось, – объяснил Лев Яковлевич Ларин. – Однако первая попытка была неудачной, о чем в своих послевоенных мемуарах сам Журавлев написал: "Проводная связь штаба армии с 184-й и 192-й стрелковыми дивизиями нарушилась. Высланный на самолете офицер связи вернулся обратно с сообщением: никого не видел".

      После этого командование предприняло вторую попытку и направило для руководства окруженными войсками его – начальника штабного оперотдела. Переброску полковника Журавлева осуществлял выделенный 8-й воздушной армией самолет, который пилотировал гвардии капитан Решетов. В ночь на 25 июля легкий фанерный У-2 вылетел в район населенного пункта Верхне-Бузиновка, благополучно миновал немецкие кордоны и высадил пассажира к окруженцам.

      В сухих отчетах начавшийся детектив занимает всего несколько строк. "В районе хутора Майоров-ского полковник Журавлев объединил остатки обезглавленных дивизий и частей (это около пяти тысяч человек) в одну оперативную группу, получившую официальное название "группа полковника Журавлева", и организовал сопротивление противнику на рубеже хуторов Платонов - Евстратовский – Калмыков - Майоровский. Войска испытывали недостаток в боеприпасах, медикаментах, продовольствии, не было авиационной поддержки, не было даже радиостанции, чтобы вести управление войсками. Скопилось более 500 раненых. Несмотря на это, окруженная группа войск "держала оборону".

      В это время командование Сталинградского фронта предпринимало отчаянные попытки поддержать измотанную группировку. В дело были введены наспех сколоченные 1-я и 4-я танковые армии генералов Москаленко и Крюченкина, на подготовку их контрударов было отведено всего несколько часов. При переправе через Дон первые же танковые части ощутили на себе всю огневую мощь наземных и воздушных сил гитлеровцев и не смогли соединиться в районе Верхне-Бузиновки.

      Однако воевали танкисты не зря. Первый контрудар не дал немцам продвинуться на юг вдоль правого берега Дона, а второй разорвал фронт окружения вокруг Верхне-Бузиновской группировки наших войск. В такой ситуации полковник Журавлев получил приказ под кодовым названием "Вымпел-4" и к 31 июля вывел всех своих людей в расположение 4-й танковой армии.

      На следующий день он вступил в командование остатками 192-й дивизии, которая заняла оборону в районе станицы Сиротинской. Продвижение противника было временно приостановлено, и лишь после двухнедельной передышки немцы танковыми клиньями вышли к Дону.

      – Части дивизии полковника Журавлева упорно оборонялись на занятом рубеже, не отходили на левый берег реки, а стояли буквально насмерть, – рассказал мой собеседник. – С 17 августа ее остатки более тридцати километров пробивались по тылам немцев к Дону в направлении станиц Голубинской, Качалинской, Сиротинской.

      После выхода из окружения с 20 августа дивизия вошла в состав 1-й гвардейской армии Сталинградского фронта. Но уже без своего комдива: 15 августа Журавлев был тяжело ранен. Его вынесли из окружения и эвакуировали в госпиталь, где раненый полковник находился до декабря.

     *Остается сказать, что за эту операцию Журавлев был награжден орденом Великой Отечественной войны первой степени. Воевать он больше не мог. Был зачислен в Высшую военную академию имени Ворошилова, а после окончания учебы остался на преподавательской работе.

       – Умер генерал-майор Журавлев 5 декабря 1973 года, оставив после себя трех сыновей и могилу старшего – командира артиллерийского взвода, воевавшего под Сталинградом и не вернувшегося с фронта. Вдова Людмила Федоровна передала в наш музей его генеральский мундир и другие личные вещи, – рассказал Лев Яковлевич Ларин. – А что нельзя передать и разложить на музейных стендах, так это память о командире, спасшем от плена и гибели пять тысяч бойцов.

Алла Савчишина,

"Городские вести" от 29 июля 2010 г.

http://r34perevoloka.narod.ru/ist_arheolog/vov/staty/spisok_guravlev.htm
http://www.stalingrad-battle.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=593&Itemid=30


Генерал-майор ЖУРАВЛЕВ Константин Андреевич похоронен в колумбарии Новодевичьего монастыря (г. Москва)
« Последнее редактирование: 31 12 2011, 06:11:24 от Внук богов войны »
"В Россию нельзя ходить с мечом, об этом мы предупредим своих внуков и правнуков..."  - генерал-полковник Карл фон Штреккер, командующий 11-ым армейским корпусом. Сталинград 2 февраля 1943 г.          "Внучку" или не предупредили или до неё "тупо не дошло"...